Шестой Ангел

ISBN: 9786163055330

 

Bookdepository

Amazon.com

My-shop.ru

 

 

 

«« предыдущая

<документы>

следующая »»


 

Материалы к книге «Шестой ангел», 2012.

Что произошло в СССР в 1937-38 гг.? Почему с такой немыслимой силой раскрутился маховик репрессий? Связано ли это с деятельностью братьев Лысенко?

 

Warning! Осторожно, книга «Шестой ангел» может вызывать баттхерт у обладателей совсем различных шаблонов (проверено на корректоре, отказавшемся ее вычитывать). Вас предупредили;)

 


 

12 апреля — юбилейная дата. Но это не только день полета Гагарина. За пять лет до того, 12 апреля 1956 года произошло еще одно знаковое событие XX века: бежавший из Германии Павел Лысенко, родной брат знаменитого «народного академика» Трофима Лысенко, получил гражданство США.

История с бегством Павла Лысенко на Запад тщательно замалчивалась в СССР. Отрывочные слухи  появились лишь в самом конце 80-х, но никакого подтверждения не имели и со временем стали считаться просто сплетнями. А сын академика Лысенко тем временем рассылал письма по всем редакциям, требуя прекратить клевету.

В редакцию журнала «Огонек»

От Лысенко Юрия Трофимовича, проживающего по адресу…

В журнале «Огонек» (№1, январь 1988 г., стр. 27) я прочитал: «В начале войны произошло событие, отравившее жизнь Трофиму Денисовичу. Когда к Харькову подошли немецкие войска, его родной брат, работавший в одном из научно-исследовательских металлургических институтов и про которого и до войны шла дурная слава (с теми, кто был ему не симпатичен, он расправлялся простым способом – писал доносы, после чего люди исчезали), перешел на сторону фашистов. Брата великого Лысенко приняли с почестями. Город переходил из рук в руки, и каждый раз немцы увозили с собой младшего Лысенко, а затем, возвращаясь, водворяли его на прежнее место. После войны он вынырнул на Западе.»

 ...К сожалению, мое молчание, видимо, воспринято как подтверждение сообщенных Вашим журналом сведений, поскольку в только что вышедшем журнале «СПУТНИК» (дайджест советской прессы, май, 1989 г., №5), как твердо установленный факт, на весь мир сообщается, что Павел Денисович Лысенко «перешел на сторону фашистов», а после войны всплыл «на Западе». Поэтому считаю своим долгом довести до сведения читателей журнала «Огонек», что по тем обрывочным сведениям, которыми располагает наша семья, в период, указанный в приведенной выше публикации журнала «Огонек» Павел Денисович Лысенко находился не в Харькове, а в Полтаве и никаким предательством себя НЕ запятнал. Среди многочисленных слухов о дальнейшей его судьбе, к сожалению, наиболее достоверны сведения (это рассказ, услышанный матерью жены Павла Денисовича), согласно которым Павел Денисович вместе со своей женой и группой других советских людей был сожжен в облитом керосином вагоне...

30 мая 1989 г. (подпись) Лысенко Ю.Т.

Верил ли сын печально известного «народного академика» в написанное им или просто лгал, уже не важно. Выяснить некоторые подробности судьбы Павла Лысенко теперь стало возможно.


 

История эта уходит корнями в послереволюционные годы. Бертрама Вольфа (Bertram David «Bert» Wolfe, Берт Волфи, 1896-1977), проделавшего путь от пламенного коммуниста — интернационалиста до одного из самых последовательных критиков международного коммунизма, автора многочисленных книг по теории и истории марксизма, коммунисты знали более чем хорошо. Бертрам Вольф вместе с Джоном Ридом, автором «Десяти дней, которые потрясли мир», написал в феврале 1919 года так называемый «Манифест левого крыла», фактически создавший коммунистическую партию Соединенных Штатов. А затем Вольф возглавил фракцию в американской компартии (Рид в 1920 году умер в Москве от тифа). В 1929 году Вольф иммигрировал вместе с женой в Москву, где он уже бывал пару раз, и стал работать в президиуме Коминтерна. Жена Вольфа, урожденная Элла Голдберг из Херсона, была секретарем Коминтерна, но в Москве ей не очень нравилось. Даже мелочи раздражали — например, сразу по приезду бдительные чекисты на таможне в поиске компромата раскрутили все рулоны туалетной бумаги, которую супруги по совету друзей везли из Америки в Москву. А еще Владимир Маяковский от нее прятался, поскольку, будучи в Америке в 1925 году, занял у нее 200 долларов, а отдавать не хотел. Но зато всем рассказывал, что он с Эллой переспал (застрелится он чуть позже).

Сам же Вольф твердо защищал тезис о взаимном сотрудничестве классов, считая, что у Америки должен быть иной путь к коммунизму, чем у России. Это показалось товарищу Сталину идеологически неверным, Вольф был исключен из Коммунистического движения и пробыл под домашним арестом в Москве несколько месяцев, прежде чем смог получить выездную визу. Тем не менее он вернулся в Америку, все еще оставаясь убежденным коммунистом и одним из основных гонителей Троцкого. Но время шло, и в конце 1937 года в рецензии на книгу The Case of Leon Trotsky Вольф публично отмежевался от своих прежних взглядов и встал на сторону Троцкого. «Такое признание свидетельствует о наличии у Бертрама Вольфа элементарной добросовестности», — радостно откликается Троцкий в публикациях (23 ноября 1937). Спорным остается вопрос, стал ли в результате Бертрам Вольф секретарем Троцкого или же его путают с неким охранником Троцкого по имени Bernard Wolfe.

Резко переменивший свои убеждения Вольф во время холодной войны стал одним из ведущих антикоммунистов. Он работал в качестве идеологического советника госдеповского международного бюро вещания, которое руководило «Радио Свобода» и «Свободная Европа», возглавлял идеологический отдел «Голоса Америки».

Летом 1929 года в Москве также находился еще один видный эксперт по марксисткой философии, Сидней Хук, который позже, в 1939 году, организует Committee for Cultural Freedom, вдохновивший, в свою очередь, создание нескольких антикоммунистических групп — таких, как Americans for Intellectual Freedom (AIF), спонсируемых ЦРУ, что само ЦРУ называет на своем сайте смелой и эффективной тайной операцией холодной войны. (см. также The Congress for Cultural Freedom CIA Covert Operations in the 1950's/60's European Arts Scene)

Со временем проект радио «Голос Америки», по сообщениям американской прессы, начал приносить плоды. В октябре 1948 года двое советских летчиков, двадцативосьмилетний лейтенант Петр Пирогов и его командир Анатолий Барсов угнали из Украины двухмоторный бомбардировщик Ту-2 в Австрию. Самолет, известный позже в НАТО под кодом «Летучая мышь», в результате в СССР все же вернули, а летчики, несмотря на все усилия советских спецслужб, отправились в Америку. Там Барсов рассказал, что оба пилота были регулярными слушателями передач «Голоса Америки» и захотели жить нормальной жизнью. «Пирогов и Барсов страстно стремятся начать познавать западный мир, — доверительно сообщал журнал Time (01.11.48). — Когда им показали ванну, они стали забираться в нее в трусах, поскольку приняли эту ванну за маленький бассейн». Словно в ответ на это (а может, и прямо в ответ) в СССР в 1948-1949 гг. разворачивается борьба с «низкопоклонством перед Западом».

(можно заказать постеры с нашими героями, посещающими национальные парки США)

В феврале 1949 года русских пилотов, одетых в рубашки цвета хаки, еще возят по стране, показывают американским обывателям и кормят бесплатными стейками (Time, 14 февраля 1949). Они чувствуют себя белыми людьми — негры чистят им ботинки. Все довольны.

Радостная интеллектуальная улыбка Барсова не сходит с его лица.

Дальше становится хуже. Внезапно оказывается, на Западе тоже нужно работать — негры почему-то бесплатно ботинки чистят недолго. Для Барсова это оказывается неожиданным неприятным сюрпризом. У Пирогова, однако, все в порядке, он находит литературного агента, договаривается проводить лекции, писать статьи и книгу. Потом он будет работать на ВВС США, через три года женится на бежавшей из Австрии Валентине Бурнос. А Барсов так и не вписался в новую реальность. Он пьет, понимая, что шоу закончилось, и он больше никому не нужен. Теперь он работает на швейной фабрике, где получает один доллар в час за глажку одежды. Барсов в результате то ли сам просит о возвращении в СССР, то ли советские спецслужбы его вынуждают угрозами. 

(LIFE 12 сен 1949)

Пирогов на это бросает: «В течение шести месяцев, он сдохнет как собака», как только вернется туда. (Time, 12 сентября 1949) Американские источники утверждают, что так оно и случилось. Но в любом случае у американской пропаганды возникает временный сбой. Чтобы реабилитироваться, Госдеп вытаскивает заготовленный козырь: да, действительно, пьяница Барсов возвращается в СССР, но зато у нас есть замена покруче. И в тот же самый день, когда Госдеп сообщил об отправке лейтенанта Барсова в СССР, было также объявлено о том, что химик «Павел Лысенко, брат знаменитого русского генетика Трофима Лысенко», будет принят США. (Toledo Blade, Sep 2, 1949)

На самом деле, к тому времени Лысенко уже находится на территории США.

Подготавливать переброс Павла Денисовича спецслужбы начали еще вскоре после знаменитой сессии ВАСХНИЛ. Бюрократическая машина, впрочем, работала медленно. 20 марта 1949 года все тот же Бертрам Вольф пишет Рею Мерфи из Госдепа просьбу «всеми силами» ускорить оформление визы для Павла Лысенко. Это письмо приводится в книге Вольфа «Разрыв с коммунизмом». В длинном перечислении этих причин такой просьбы Вольф указывал, что Лысенко уже приглашен известным нам обществом ЦРУ-Хука Americans for Intellectual Freedom, и как хорошо было бы, если Павел Лысенко смог бы приехать вовремя и выступить против «Опариных, Шостаковичей и пр., посланных Кремлем». Речь идет о планируемой Вальдорфской конференции (Waldorf Conference), спонсируемой СССР.

(Breaking with communism: the intellectual odyssey of Bertram D. Wolfe,1990, 77)

25 марта St. Peterburg Times сообщает о намерениях общества Americans for Intellectual Freedom (AIF) и пишет, что Лысенко якобы сбежал в Германию из советского концентрационного лагеря (сообщать о том, что Лысенко работал на немцев с 1942 года, ЦРУ считает лишним — американский обыватель этого не поймет).

Дело все же затягивается, и в реальности Павел Денисович Лысенко прибывает из Германии в США только летом (Bixler, 1953, 53).

Как известно, агент ЦРУ Сидней Хук и без помощи Лысенко блестяще проводит кампанию по дезинформации СМИ, вплоть до публичного разглашения политической принадлежности некоторых участников, предвосхищая, таким образом, «охоту на ведьм» сенатора Маккарти. Операция завершается полным успехом, и подрывная конференция СССР терпит фиаско. Лысенко же широкой публике предъявляют лишь в сентябре, через десяток дней после взрыва первой советской атомной бомбы.

СССР тем временем хранит гробовое молчание по поводу сбежавшего брата, что не забывает отметить английская разведка:

11 сентября 1949 года New York Times сообщает о прибытии в США Павла Лысенко: «Pavlo D. Lysenko, a leading Ukrainian industrial chemist and brother of Academician Trofim D. Lysenko, top Soviet biological theorist, has found refuge in the United States».

Редактор Journal of Heredity Роберт Картер Кук пишет в сентябрьском номере своего журнала редакционную заметку : «В анналах науки, история братьев Вавиловых и братьев Лысенко может стать классикой»

(Journal of Heredity 1949 Volume 40, Issue 9)

Из заметки Кука следует, что «ведущий химик» Лысенко именно как химик в Германии не был востребован, но зато проявил себя успешным пчеловодом, наняв там четырех немцев на работу и организовав предприятие по выработке меда из конских каштанов. Четыре года спустя Лысенко стал бояться, что его похитят советские спецслужбы (заметим, его опасения были не беспочвенными), и решил бежать в Америку.

Spokane Daily Chronicle 27 января 1950 г. продолжает пугать американских обывателей интервью с Лысенко, рассказывающем о планах русских насчет водородной бомбы.

Тем же числом выходит Toledo Blade — «Россия изготовит водородную бомбу, — говорит сбежавший ученый. Красные знают, как это сделать» (первая советская водородная бомба действительно будет взорвана в 1953 году).

Youngstown Vindicator в тот же день (Jan 27 1950) дополняет: Лысенко порвал с советским режимом до того, как попал на службу к немцам в 1942 году.

The Telegraph-Herald (Jan 27, 1950) сообщает, что Живет Лысенко в Нью-Йорке под охраной тайных правительственных агентов, вместе с женой и двоими детьми. При этом Павел Лысенко говорит, что намеревается опубликовать в ближайшее время открытое письмо Сталину.

В мае 1950 выходит развернутая статья в эмигрантском украинском еженедельнике «Свобода», подчеркивающая признание братьев Лысенко в СССР

В газете далее уточняется, что Лысенко работал на немцев с 1942 по 1945 на оккупированной территории, а потом жил с женой в Мюнхене до 1949 года.

В 1956 году, 12 апреля (ровно за 5 лет до полета Гагарина), Лысенко, поселившийся к тому времени в Питсфилде, штат Массачусетс, получает американское гражданств. (Star-News - Apr 13, 1956)

12 апреля — Павел Д. Лысенко, 46 летний русский химик, чей брат Трофим недавно снят с поста высшего советского генетика, стал американским гражданином в четверг вместе со своей женой. Супружеская пара прибыла в Америку в 1949 году (The Milwaukee Sentinel, Apr 13, 1956)

Академика Трофима Лысенко успевают на время сместить с поста президента ВАСХНИЛ за два дня до того (10 апреля 1956 г., «Правда»), возможный скандал вакцинирован. Когда утихло — в июне того же года Лысенко избирается членом президиума академии. Или же, наоборот, американцы выжидали его смещения и тормозили гражданство брата — это зависит от целей сторон. К слову, сбежавший летчик Петр Пирогов получил гражданство в сентябре 1955.

С тех пор о младшем брате народного академика почти ничего не слышно. Он выступал на «Голосе Америки» (Gough, 2003, 32), получил патент на гобелены на магнитиках, много писал о полной безвредности асбеста, ныне уже запрещенного в Европе. Умер он девять лет назад.

Нью-Йорк Таймс вспомнит о нем еще только два раза: в 1961 году, когда Трофим Лысенко после отставки с поста президента ВАСХНИЛ, вновь вернется на этот пост по личной инициативе Хрущева (New York Times, Jan 28, 1961), и в 1976 году, когда Трофим Лысенко умрет (New York Times, Nov 24, 1976)

Впрочем, незамеченной остается еще одна случайность. За сорок дней до возвращения академика Лысенко на свой пост, дом его брата в Америке, в Питсфилде на улице Хангерфорд, 214 сгорает до тла. Семье Лысенко везет и в этот раз — дома в этот момент никого не было. Официально о поджоге не говорится.

(Berkshire Eagle, December 19, 1960)

Семью Лысенко под покровительство берут церковная женская гильдия и Красный Крест, собирают пожертвования, предоставляют жилье. Жене Лысенко телеграфная компания, где она работает, выплачивает деньги за время отсутствия на службе. Благодаря этому инциденту мы знаем имена племянников академика Лысенко, родившихся во время работы Павла Лысенко на немцев, старшего отец назвал Вальтером, младшего — Георгием.

В целом, как с американской, так и с советской стороны мы имеем дело с идеологической пропагандой, поэтому все сведения надо воспринимать с осторожностью.

Был ли Павел Лысенко действительно «ведущим ученым-химиком»? Назначали ли немцы Павла Лысенко бургомистром Харькова, как утверждает Сойфер? Был ли он награжден орденом Красного Знамени? Писались ли в СССР статьи, посвященные успехом братьев Лысенко? Вряд ли. Похоже, что его публикации ограничиваются парой страниц в журнале «Кокс и химия» за 1939 год. (№7, с. 7-8). Он был простым инженером, проводившим опыты доменной плавки на Керченском заводе в 1938 г.

Впрочем, все это не особо важно. Интересно здесь совсем другое. В любом случае Трофим Лысенко в такой ситуации автоматически становится ЧСИР, «членом семьи изменника Родины». Это могло сломать чью угодно карьеру, но только не народного академика. Он неуязвим: в сентябре 1949 года сбежавший в Америку Павел Денисович дает интервью журналистам, а 27 октября 1949 г. академика Лысенко награждают орденом Ленина. Да и поверить, что чекисты раньше были не в курсе пребывания родного брата Лысенко в Германии, невозможно. Более того, есть сведения, что на него охотились. Что же тогда хранило Трофима Денисовича от опалы или ареста? Что за сила и с какой целью не давала его в обиду?

PS. А Бертрам Вольф погибнет через несколько месяцев после смерти академика Лысенко. От того, что на нем странным образом загорится его собственный халат. Бывает.


© D. Absentis, 2012